Актуальные темы: 
Архив номеров "Щит и меч" 2008-2009 год

А вот страха у нас не было

Глазами очевидца

Визитная карточка
Елесин Владимир Иванович родился  в 1924 году в Москве. Окончил московскую школу №169,  в 1942 году добровольцем ушел на фронт. Участник Сталинградской битвы. После войны окончил Московский юридический институт. Работал судьей. Служил в органах внутренних дел.Полковник милиции в отставке. Награжден орденами Отечественной войны 1-й степени и Славы  3-й степени, многими медалями.

- Владимир Иванович, в этом году исполнилось 65 лет со времени окончания Сталинградской битвы. Вы ее активный участник. Вспомните, что происходило с вами в те далекие годы?
- Если позволите, небольшое отступление. Я только что окончил среднюю школу, когда началась война. Тысячи добровольцев отправились в военкоматы. В их числе был и я со своим другом. Мы хотели быть летчиками - отказали: нам не было еще и семнадцати. Отец мне посочувствовал и… сам добровольцем ушел на передовую, воевал под Ленинградом. В 1942 году я все-таки добился, чтобы меня взяли в армию. Послали в Стерлитамакское пехотное училище, но окончить его не удалось. Резко осложнилось положение на фронте. Училище расформировали, курсантам присвоили звание старший сержант и направили под Сталинград. Попал я в 1049-й стрелковый полк, назначили командиром стрелкового отделения. Полк окопался на опушке леса. Стоял ноябрь. Мороз, снег! Первые дни находились в состоянии ожидания наступления. Противник по несколько раз сбрасывал бомбы. Осколки залетали в наши окопы. Появились убитые и раненые. Однажды во время минометного обстрела одна из мин угодила в край моего убежища. Выручила мерзлая земля, взрыв не повредил землянку, лишь образовал небольшую воронку на поверхности, да осколок задел автомат.

Наступление началось с артподготовки. Она была такой сильной, что дрожала земля и окопы ходили ходуном. Противник, конечно, не остался в долгу: лупил из всех калибров с земли и воздуха. Казалось, все живое должно погибнуть, но, зарывшись в землю, мы выжили и пошли в атаку. Перед нами стояла задача: не дать войскам Манштейна прийти на выручку окруженным войскам Паулюса. Потери были большие, может быть, еще и потому, что бои велись на открытой местности, на снегу, в условиях бездорожья. Не легче стало и тогда, когда противник под нашим натиском начал спешно отступать. Мы практически не знали отдыха. Проходили по 40 - 50 километров в день. На привалах спали на снегу. Из-за постоянной бомбежки переправ через Волгу провиант доставлялся с перебоями. Утром выдавали по 6 сухарей из черного хлеба, кусочек сахара и чай. В обед - суп, в котором плавали две-три крупинки. Но несмотря на это, мы продвигались вперед. Отступая, фашисты взрывали дороги, мосты, ставили мины, устраивали “ловушки”. После очередной атаки мы заняли фашистские землянки. А надо заметить, немецкие солдаты обживались добротно: было на чем поспать, поесть и обогреться. В нашей землянке стояла кирпичная печка с аккуратно сложенными дровами. Мы обрадовались - сейчас согреемся, попьем кипятку. Но едва загорелись дрова, как раздался сильный взрыв - сработал снаряд. Печку разнесло в одно мгновение. К счастью, никто не пострадал, лишь один солдат получил удар по голове куском кирпича, но благодаря меховой шапке отделался небольшой гематомой.

- После каждой атаки стрелковые подразделения теряли своих бойцов.
- Переживали тяжело: плакали, но страха не было, что убьют. Кромешный ад, в котором мы пребывали, напрочь вытравил страх. Голову сверлила лишь одна мысль: гадов бить, бить и бить… Молодые же были - по 18 - 20 лет, романтики, да и только. Мне повезло, смерть не настигла, хотя трижды подбиралась ко мне. Бои шли тяжелейшие, но мы неустанно продвигались вперед: миновали Котельниково, Мяныч, Батайск, Ростов, Шахты, а перед Матвеевым Курганом на реке Миус нас противник остановил. Место возвышенное, гитлеровцы хорошо укрепились. Тем не менее последовал приказ: атаковать высоту. Взяли ее, конечно, но какой ценой? Огромной! Бойцов полегло столько, что сердце останавливается. На одной из улиц Матвеева Кургана пуля прошила мне ногу. Отполз за угол дома и увидел истекающего кровью бойца. Помог ему, вскоре появились санитары…

В госпитале меня поставили на ноги и - снова на фронт. Прибыл я в новую часть - 995-й стрелковый полк, который дрался в Крыму, у западного побережья Азовского моря - у Сиваша. Вода здесь сильно минерализована, горькая, для питья не пригодная. А жара стояла невыносимая. Воду пили из луж, но и они вскоре высохли, добывать ее приходилось с большим трудом. Гитлеровцы напичкали землю минами. При разведке местности подорвалось сразу 11 бойцов. Меня вызвали в штаб полка и предложили возглавить отделение полковой разведки, хотя командир предупредил о крайне опасном деле и рассказал о гибели разведчиков. Я уже бывал в переделках и, не раздумывая, дал согласие. В разведку ходил и в одиночку, и в группе. Наблюдали за передвижением противника, вслушивались в немецкую речь, доставали “языков”… За успешное выполнение заданий наградили орденом Славы 3-й степени. Тогда же снова был ранен. Оказалась задета кость. Меня отправили в медсанбат, а оттуда - в госпиталь, где рана долго затягивалась. Надоело. И  попросился на фронт. Говорю честно и откровенно - гнал солдатский долг.

1944-й - год полного изгнания фашистов из нашего Отечества. Словом, свой полк я догонял бодрячком. Ехал в товарном вагоне, и под стук колес неожиданно всплыла мысль: “Буду либо убит, либо ранен”. Гнал ее от себя, но она, словно прилипла, не уходила.

И в первом же бою был тяжело ранен. Снова в ноги. Думал, не выживу, не вынесу переезда. Доставили  меня в госпиталь, в город Камышин. В госпитале сделали что смогли, а затем переправили в Москву для лечения. Пошел на поправку, но врачи все-таки признали негодным к военной службе. Так что Победу я встретил не на фронте, а дома с болячками.

- Вам в то время было 20 лет. Инвалидом становиться, разумеется, не хотелось.
- Прострелянные ноги покоя, конечно, не давали, но стал готовиться к поступлению в институт - к знаниям очень тянулся. Всем смертям назло прошел в юридический. По окончании учебы жители Москворецкого района избрали меня судьей. Работал с увлечением, к тому же  пристрастился к науке. Защитил диссертацию по проблемам детской преступности, стал кандидатом юридических наук. Пригласили во ВНИИ МВД для исследования ряда вопросов - справился. Затем перешел в научное подразделение 8-го Управления МВД (теперь Департамент обеспечения правопорядка на закрытых территория и режимных объектах МВД России). В отставку ушел в звании полковника милиции. Однако связей с коллективом не порываю, особенно с ветеранской организацией. Моя “отдушина” - школьники. Бываю в школах, рассказываю ребятам о войне, о том, как достойно жизнь прожить. Помог ученикам создать школьные музеи боевой и трудовой славы.

Беседовал
Виктор ЛЫКОВ

Другие материалы раздела
Интервью Бориса Мирошникова газете «Комсомольская правда»
Интервью начальника Бюро специальных технических мероприятий МВД России Бориса Мирошникова газете «Комсомольская правда»
Возобновленио следствия по факту обнаружения останков Царской Семьи
Об обнаружении фрагментов костей двух человек со следами насильственной смерти в окрестностях Екатеринбурга
Наше кино
В самом конце 2007 года на российском телеэкране состоялась премьера нового 14серийного художественного фильма “Ликвидация”. Этот фильм о милиции. И не только о ней... Фильм, вызвавший подлинный интерес и самые противоположные точки зрения. …Всего лишь год минул после окончания Великой Отечественной войны...
Летучку прервали аплодисменты
Привычный ритм очередной редакционной летучки, когда обозревающий разбирает вышедшие материалы, как говорится, по косточкам, был нарушен сообщением главного редактора газеты полковника милиции Валерия Кулика...
Компетентно
Новости 24
Интересное в сети
© 2006-2013 Информационное издание Симеч. Все права защищены.
При использовании материалов ссылка на www.simech.ru обязательна.
E-mail:contact@simech.ru
Размещение рекламы: reklama@simech.ru
Часть материалов может содержать информацию,
не предназначенную для пользователей младше 18 лет.

Архив номеров газеты "Щит и меч" | www.simech.ru