Актуальные темы: 
Архив номеров "Щит и меч" 2009 год

ПРИОРИТЕТНАЯ ЗАДАЧА С НЕИЗВЕСТНЫМИ

Дружелюбно виляя хвостом, безродный пес бежит на полшага позади двух милиционеров, совершающих очередной обход музея деревянного зодчества, раскинувшегося под открытым небом в 25 километрах от Архангельска. Вислоухий “двортерьер” прибился год назад и с тех пор добросовестно несет вахту вместе с сотрудниками Ломоносовского отдела вневедомственной охраны. Наряды работают сутки через трое, и лишь пес не знает выходных. Он уже стал чем-то вроде талисмана для милиционеров, охраняющих этот уникальный объект.

Дружелюбно виляя хвостом, безродный пес бежит на полшага позади двух милиционеров, совершающих очередной обход музея деревянного зодчества, раскинувшегося под открытым небом в 25 километрах от Архангельска. Вислоухий “двортерьер” прибился год назад и с тех пор добросовестно несет вахту вместе с сотрудниками Ломоносовского отдела вневедомственной охраны. Наряды работают сутки через трое, и лишь пес не знает выходных. Он уже стал чем-то вроде талисмана для милиционеров, охраняющих этот уникальный объект.

Когда страшнее вора
сигарета
“Малые Корелы” - так называется эта жемчужина деревянного зодчества. Это один из самых посещаемых музеев под открытым небом в России. Его площадь вместе с территорией природного заказника - 140 гектаров. Здесь собраны образцы деревянного зодчества со всей архангельской земли, причем здания построены без единого гвоздя. Чтобы свезти их в одно место, каждое из них предварительно разбирали по бревнышку, маркировали и на паромах и вертолетах доставляли под Архангельск. Внутри некоторых изб воссоздан быт крестьян, живших там два-три столетия назад.

Охраной этого объекта на сегодня занимается целый взвод. Впрочем, это не так много, как кажется. На 100 с лишним уникальных памятников, разбросанных на огромной территории, единовременно приходится четыре милиционера, один из которых постоянно вынужден находиться у пульта сигнализации. Чтобы соблюсти жесткий график обхода, сотрудникам приходится чуть ли не бегать. А местность там пересеченная, ни на машинах, ни даже на лошадях не проедешь. Только спуск и подъем по крутому деревянному мосту, соединяющем две части музея, занимает полчаса. Так что практически все ребята, кто раньше курил, бросили.

Собственно, курить на территории музея строго запрещено. Каждое здание - уникальный и очень пожароопасный объект. Недаром курильщиков в “Малых Корелах” боятся больше, чем воров. Вор унесет один экспонат, курильщик спалит весь музей.

- Неплохо бы иметь одновременно три отделения вневедомственной охраны - по числу секторов музея, - сетует командир роты старший лейтенант милиции Сергей Подольский. - Тогда нам было бы спокойнее за безопасность объекта.

В числе задач взвода - прежде всего предотвращение несанкционированного доступа на территорию, хотя сделать это непросто. Полтора десятка километров ограждения, которое нужно контролировать. А есть ведь еще и обходные тропы. Второе - недопущение пожаров. Третье - охрана ценностей, находящихся внутри каждого объекта. Любая кража станет трагедией, поскольку все, что там собрано, - уникально. Колокола, иконостасы, утварь внутри изб. Каждому экспонату сотни лет и, случись чего, восстановить его будет невозможно. А преступные посягательства на них случались, и не раз. В 2000 году злоумышленники сняли чугунный колокол. Но далеко унести его не успели, милиционеры их задержали, пропажу вернули. В одной из церквей воры пытались украсть деревянный позолоченный иконостас. Тоже были задержаны с поличным. А уж сколько раз пытались вынести за пазухой медную посуду, украденную из изб, и не сосчитать. Но ни одна плошка не попала в пункт приема цветных металлов.

Самое распространенное правонарушение в “Малых Корелах” - подвыпившая компания норовит устроиться в деревянном музее за столиком на лавочках с целью продолжения банкета. Совсем как в известной миниатюре Райкина “в греческом зале, в греческом зале...” Причем такие ценители прекрасного очень возмущаются, когда их в жесткой форме просят покинуть помещение. Прошедшей весной был серьезный инцидент. Хулиганы взломали дверь в деревянную церквушку, вели себя очень агрессивно. Сотрудник ОВО всех их в сугроб положил, пришлось даже предупредительный выстрел в воздух сделать.

Ну и, конечно же, одними из самых заклятых врагов “Малых Корел” являются “Васи”, которые “были здесь”. Почему-то некоторые посетители музея так и норовят вписать свое имя в историю, нацарапав его на стенах бревенчатых изб.

Впрочем, случаются здесь и серьезные задержания, да пожалуй, не реже, чем в городе. Сотрудники вневедомственной охраны, несущие службу в “Малых Корелах”, ежедневно получают ориентировки с фотографиями лиц, находящихся в розыске. Этой работе уделяется повышенное внимание. Дело в том, что многие разыскиваемые преступники, ведущие большей частью замкнутый и нелюдимый образ жизни, здесь на природе, вдали от цивилизации, расслабляются. Кто, мол, нас тут искать будет? А выходит совсем наоборот. Как следствие: за годы работы задержаны десятки преступников, числящихся в розыске, в том числе и федеральном.

В музее бывает много иностранцев, VIP-персон. Практически всех гостей области обязательно везут туда. Так что ответственность у милиционеров очень большая. Перед каждым посещением VIP-персон, перед каждым массовым мероприятием (а их в “Малых Корелах” проводится очень много) они во взаимодействии с оперативниками уголовного розыска и кинологами с собаками проводят обследование объекта.

Самый мирный посетитель музея, по словам милиционеров, - иностранный турист. Он соблюдает все правила, с уважением относится к экспонатам музея. Разве что, захмелев от впечатлений, потеряет фотокамеру. Да и ту бдительные милиционеры найдут и вернут гостю. Самый же беспокойный посетитель - школьник или студент училища. От него жди чего угодно: пьянства, курения, мелкого хулиганства или воровства. Так что тут нужен глаз да глаз.

А в последнее время на дальнем участке завелись браконьеры. Ловят в пруду рыбу сетями. Больше сегодня в заказнике поживиться нечем. Раньше были белки - да почему-то разбежались. Разве что заяц шальной забежит. А еще десяток лет назад сторожа показывали следы медведя...

Между молотом
и наковальней
“Малые Корелы” - уникальный, но, конечно же, не единственный объект охраны в этом северном регионе. Рассказывает начальник УВО УВД Архангельской области полковник милиции Владимир БЕЛОУС.

- Специфика Архангельской области накладывает отпечаток на работу органов внутренних дел в целом и вневедомственной охраны в частности. Наш регион отличает огромная территория: чтобы добраться до самой южной точки - города Котлас - придется ехать сутки на поезде или лететь час на самолете, который, к слову, совершает всего пять рейсов в неделю. Самое северное подразделение - Мезень. Добраться до него можно морем или воздухом. По территории область сопоставима с тремя Франциями. Примите в расчет обилие рек, которыми буквально изрезана территория региона, и отсутствие должного количества переправ через них - и вы поймете, сколь сложна система управления службой в Архангельской области.

Подразделения вневедомственной охраны, расположенные в отдаленных уголках и отрезанные рекой, в период ледостава и ледохода становятся изолированными от областной системы жизнеобеспечения. Связь с ними в это время осуществляется только по телефону, случись что - помочь им мы физически не в силах. Это накладывает на руководителей и сотрудников данных подразделений большую ответственность.

Согласно сложившимся нормативам экипаж вневедомственной охраны по тревоге должен в течение
3 - 5 минут прибыть к объекту, а у нас не то что в отдаленных населенных пунктах, в самом Архангельске еще несколько лет назад зимой во многих переулках нельзя было проехать - дороги не чистились. Можно сказать, не дороги были, а направления. Недаром основная техника у нас - УАЗы.

Впрочем, и УАЗы всех проблем не решат. Ночью в Архангельске разводят мосты, и в это время основную часть города и левобережье разделяет Северная Двина. Подразделение ОВО, обслуживающее расположенный на левом берегу городской округ Исакогорка, остается в одиночестве. В последнее время преступники пытались использовать этот факт, чтобы, совершив кражу из охраняемого объекта, не быть задержанными нашим экипажем. Они хорошо осведомлены и знают, что в том округе два экипажа, есть у них и техническая возможность прослушивать милицейскую радиоволну. В одном конце округа бросают кирпич в окно аптеки и ждут, пока подъедет группа задержания. Таким образом, первый экипаж выведен из строя, поскольку сотрудники должны не только выявить причину срабатывания сигнализации, но и дождаться прибытия хозяина объекта, убедившись, что внутри никого нет и все в целости и сохранности, перезакрыть помещение. В это же время в другом конце округа в окно какого-нибудь магазина летит булыжник. Второй экипаж едет туда. Одновременно в центре округа происходит попытка кражи с третьего объекта.

Мы вынуждены были усилить это подразделение, с тем чтобы постоянно держать резервы на случай подобных хорошо спланированных преступных посягательств.

Конечно, мы стараемся держать планку. Если сравнивать показатели работы УВО Архангельской области с результатами деятельности наших коллег из других регионов, то мы выглядим неплохо. В прошлом году по рейтинговой таблице - 32 место по России, что, принимая во внимание непростые условия работы, о которых я уже говорил, можно считать успехом. В Северо-Западном федеральном округе мы третьи из десяти. По ряду показателей областная вневедомственная охрана существенно опережает среднероссийские результаты.

Не секрет, что развитие вневедомственной охраны напрямую зависит от экономической ситуации в регионе. Как бы мы ни управляли, но если экономика слабо развита, если нет платежеспособных предприятий, которые нужно охранять, то охрана жить не сможет. В советские годы у вневедомственной охраны Архангельской области было очень много мощных государственных объектов для охраны. Прежде всего, крупные заводы. Взять тот же Северодвинск. Еще недавно (в 80-х годах прошлого века) это было закрытое административно-территориальное образование - центр атомного машиностроения России. Более десятилетия, с начала 90-х, эта отрасль производства была в полном забытьи, естественно, все объекты инфраструктуры этого градообразующего предприятия ушли из-под охраны.

В начале 90-х мы потеряли очень много объектов лесопромышленного комплекса, соответственно, и обслуживающую их торговлю и сервисную индустрию. Тогда и без того слабая инфраструктура области была разрушена, и в связи с огромной потерей охраняемых объектов мы вынуждены были сократить подразделения охраны в двух районах области. Собственно, ситуация в лесопромышленном комплексе за прошедшие годы кардинально не изменилась. О какой охране на сегодняшний день может идти речь, если большинство леспромхозов (а во многих районах это были профилирующие предприятия и организации) развалены и обанкрочены?

В настоящее время продолжается процесс реформирования нашей службы. Уже второй год мы согласно поставленной задаче делаем упор на охрану объектов, подлежащих государственной охране, то есть объекты особой важности, повышенной опасности и жизнеобеспечения. Есть закон, обязывающий руководителей объектов, относящихся к этой категории, ставить их под государственную охрану. Есть соответствующее постановление Правительства РФ, есть перечень таких объектов, но не предусмотрено санкций к руководителям за невыполнение этого требования. Нет санкций - нет наказания, а нет наказания - ряд руководителей абсолютно бездействуют и не спешат ставить свои объекты под государственную охрану. Порой нам приходится даже воздействовать на них через прокуратуру. Наглядный пример - ГТРК “Поморье” - государственная телерадиокомпания. Она в этом перечне стоит под четвертым номером. Но как не охранялась, так не охраняется и поныне. Прокуратура уже вынесла им предостережение, но руководство ГТРК ссылается на отсутствие денег. В результате столь важный объект остается беззащитным перед всеми видами современных угроз, в том числе и террористической. Или взять Архангельский водоканал - единственный водозабор в городе, важнейший объект жизнеобеспечения. Сегодня мы вынуждены бороться за возвращение этого предприятия под вневедомственную охрану.

Впрочем, есть у нас проблемы и прямо противоположные: объект готов идти к нам под охрану, а у нас просто не хватает сил и средств, чтобы заключить с ним договор. Раньше я имел право изменять численность личного состава своим приказом. Заключали договор - я, получив его копию и заявку из отдела, вводил дополнительные штатные единицы. Расторгли договор - сокращал численность. То есть регулировал штатную численность в зависимости от насущных потребностей подразделений службы и мог действовать оперативно. В настоящее время лимит численности определяется Министерством внутренних дел России через Департамент государственной защиты имущества. Сегодня только раз в год по нашим заявкам можно выбить несколько единиц бюджетной милиции. В этом вопросе нас приравняли к бюджетникам (хотя по сути мы таковыми не являемся, поскольку содержим себя сами), а каждому руководителю хорошо известно, как сложно получить дополнительно хотя бы одну бюджетную единицу. Сегодня, после выхода соответствующего постановления Правительства РФ, нам нужно принять под охрану аэропорт. Чтобы это сделать в отсутствие дополнительной штатной численности, приходится отказываться от охраны объектов, которые нам приносили деньги, и перераспределять личный состав. В результате темпы прироста охраняемых объектов сократились. У нас даже не хватает численности для того, чтобы взять под охрану все особо важные объекты, хотя, как я уже говорил, это одна из наших приоритетных задач. Мы вынуждены выискивать любые возможности для перераспределения численности.

Таким образом, мы оказались как бы между молотом и наковальней - между двумя проблемами. С одной стороны, у нас не хватает сил и средств для взятия под охрану новых объектов, с другой - в условиях рынка нам трудно конкурировать с частными охранными предприятиями, которые активно развиваются и начинают подпирать нашу государственную охрану. Конечно, в ценовой политике мы проигрываем по сравнению с ЧОПами.

Как экономист и юрист я понимаю, что государственная охрана не должна притеснять частную, должна существовать свободная конкуренция на рынке охранных услуг. Но, с другой стороны, на то мы и государственная охрана, чтобы занимать свою нишу в сфере охранной деятельности в соответствии с имеющейся нормативно-правовой базой. А она на сегодняшний день устарела.

Богдана ЛАГУТИНА
Фото автора
Архангельск - Москва

Другие материалы раздела
У ПРАВДЫ ВАРИАНТОВ НЕТ
КТО ОТВЕТИТ ЗА БАЗАР
Сегодня в стране осуществляется национальный проект “Развитие АПК”. Главная цель всех национальных проектов - повысить благосостояние граждан, сделать их жизнь более качественной. Большинство колхозников и фермеров, которых сегодня в стране насчитывается около 40 миллионов, вряд ли могут похвастаться высоким уровнем жизни на селе. Потому что вместо рыночной экономики их жизнь стал регулировать дикий рынок. Тот рынок, который сегодня создан кланом перекупщиков и торговцев, скупающих сельскохозяйственную продукцию по грабительски заниженным ценам и наживающихся на горожанах, продавая им товар уже по запредельно высоким.
Финансовая служба сообщает
О ежемесячных денежных выплатах ветеранам боевых действий и Героям Российской Федерации
О вынужденном совмещении обязанностей
Если дежурный по райотделу одновременно выполняет обязанности дежурного по ИВС, поскольку таковой штатной должности нет, положена ли ему за это льготная выслуга лет и дополнительные дни к отпуску? Г. Пошелюжный Алтайский край
ГЕНЕРАЛЬСКАЯ ПРАВДА
Четвертого сентября исполнилось 60 лет доктору экономических наук, депутату Государственной Думы Российской Федерации генералу армии Анатолию Сергеевичу Куликову. О юбиляре рассказывает генерал-лейтенант внутренней службы в отставке Анатолий ПОНИДЕЛКО.
Новости 24
Интересное в сети
© 2006-2013 Информационное издание Симеч. Все права защищены.
При использовании материалов ссылка на www.simech.ru обязательна.
E-mail:contact@simech.ru
Размещение рекламы: reklama@simech.ru
Часть материалов может содержать информацию,
не предназначенную для пользователей младше 18 лет.

Архив номеров газеты "Щит и меч" | www.simech.ru