Актуальные темы: 
Архив номеров "Щит и меч" 2007 год

Взводный с Огненной дуги

Курская, или Огненная, дуга... Шестьдесят четыре года назад здесь проходило одно из судьбоносных для России сражений. Непосредственным участником боев был Алексей Владимирович Уханов.

Судьба
Курская, или Огненная, дуга... Шестьдесят четыре года назад здесь проходило одно из судьбоносных для России сражений. Непосредственным участником боев был Алексей Владимирович Уханов. В ходе ожесточенной битвы сержант совершил подвиг, за который его хотели представить к званию Героя Советского Союза. Однако ограничились вручением ордена Красного Знамени.

Алексею Владимировичу Уханову - 85! Высокий, широкоплечий, быстрый в движениях, наголо выбритый, он и в свои немалые годы выглядит настоящим русским богатырем. Правда, нередко возраст и раны все же напоминают о себе, но он не сдается. Участвует в жизни ветеранской организации центрального аппарата МВД России. Встречается со школьниками. Приходит к ним в полковничьей форме с орденами и медалями. Ребята с неподдельным интересом рассматривают и трогают все двадцать шесть его наград. Допытываются: “За что? Какая самая дорогая? Что такое Огненная дуга?” И ветеран рассказывает и рассказывает.

...На Курскую дугу сержант Уханов прибыл летом 1943-го, к началу великого сражения. Командовал он тогда стрелковым взводом. Офицеров не хватало, поэтому в полку несколько взводов возглавляли сержанты.
Накануне сражения командир роты сказал Уханову:

- Завтра будет пекло. Окапывайтесь в поле, за лесной полосой.
Утро 5 июля 1943 года выдалось жарким. Взвод Уханова изготовился к атаке. Ударила наша артиллерия. Артподготовка длилась десять минут. Раздалась команда: “Вперед! В атаку!” Сержант рванулся первым, сделал два прыжка и остановился: “Что со взводом? Поднимутся ли ребята?” Бойцы поднялись, бегут пригнувшись. Проскочили метров двадцать. Противник начал простреливать поле.

- Мы поползли, ¬ рассказывает Алексей Владимирович. - И вдруг взрывы: спереди, сзади, по сторонам. Загорелось поле, дым, гарь, пыль - дышать нечем. Рвутся снаряды, мины, летят осколки... Ползем. С каждым взрывом мимо пролетает то чья¬то голова, то руки, то туловище... Жуть! Снова заработала наша артиллерия. Из­за кустов выползли танки. Бой переместился в другую сторону. Прибежал командир роты: “Уханов, поднимай бойцов!” Я крикнул: “За мной!” Стреляя на ходу, мы добежали до первой линии немецкой обороны. Видим: часть немцев навеки осталась лежать в траншее, часть отступила. Пересчитал своих: десять человек потеряли. Принесли обед, но есть не хотелось, перед глазами стоял кошмар боя.
...Полк, в котором служил Уханов, наступал четыре дня подряд. Атаки шли непрерывно ¬ одна за другой. Продвинулись всего лишь на тридцать километров. Фашисты отчаянно сопротивлялись и грамотно отступали. Высоты сдавали тогда, когда основные силы успевали закрепиться на новых позициях.

- Поле горело и ходило ходуном от взрывов, - вздыхает Алексей Владимирович. Я затаился во рву. Рядом ухнула мина, меня наполовину засыпало землей... Противник почти целый день вел непрерывный массированный огонь. Угомонился лишь к вечеру. Уханов очнулся, выполз из завала, встал, отряхнулся, посмотрел вокруг. Ни души... Где взвод, рота, батальон? Побрел в сторону тыла. Все поле было устлано трупами и частями разорванных тел, даже раненых нет. От батальона осталось только два человека. Позже Уханов сформировал взвод из вновь прибывших солдат. В середине августа его стрелковый полк продолжал атаковать противника. Враг не только отступал, но и контратаковал.

- Стояла невыносимая жара, - рассказывает Уханов. - Мы изнывали от духоты и жажды. Местность открытая. Противник же сосредоточил свои силы за болотом, на опушке леса, и тщательно наблюдал за нашим передвижением. В беседе со мной комбат обмолвился, что до нашего прихода здесь погибли три полка и бой будет смертельным. Во время атаки моему взводу предстояло преодолеть край болота, перемахнуть через завалы деревьев и выбить гитлеровцев из передних траншей.

Уханов собрал командиров отделений. Вместе с ними оглядел болотце и лесной завал. Стали думать, как обхитрить фашистов. Решили, что лучше всего продвигаться по болоту небольшими группами, обмотав головы травой.
Перед наступлением все обменялись адресами и попрощались друг с другом.
- После мощной артподготовки мы поползли по болоту, - продолжает Алексей Владимирович. - Враг пока довольствовался короткими пулеметными очередями. При нашем приближении к завалам он открыл шквальный огонь, видимо заметив странные передвигающиеся “кочки”. Рядом со мной ранило солдата, пришлось взять его на “буксир”. Болото преодолели с минимальными потерями и рассредоточились вдоль завалов, чтобы выждать момент для броска. Улучив момент, передал по цепочке: “Вперед! За мной!” И мы все разом перемахнули через преграду. Впереди - траншея, фашисты... Бьем из автоматов, забрасываем гранатами. В нескольких метрах от меня - оберлейтенант. Он вскинул пистолет, выстрелил и... промахнулся. Пуля просвистела у моего затылка. Я мгновенно упал. Офицер, видимо, подумал, что “рус - капут”, и юркнул в окоп. Я тут же вскочил и бросил гранату. Взрыв разнес укрытие вместе с гитлеровцем. Следующая граната полетела в траншею...

Командир полка наблюдал за продвижением взвода Уханова. И был поражен суворовским его натиском. После боя сержанта вызвали в штаб. Командир обнял Уханова и сказал:

- Взводный, ты совершил подвиг. Надо бы тебя представить к званию Героя Советского Союза, да видишь какая жуткая обстановка, и волокита с этим званием большая. Получишь орден Красного Знамени. Жди!

- И действительно, вскоре я его получил, - ветеран вытер накатившиеся слезы. - Это была моя первая награда, полученная за кровопролитные бои на Огненной дуге.

- После освобождения Орла, ¬ говорит Алексей Владимирович, - наш полк вел бои за Харьков, изгонял немцев из Белоруссии. Здесь я был ранен. После госпиталя учился на курсах младших лейтенантов. И снова фронт: воевал в Прибалтике, участвовал в разгроме фашистов под Кенигсбергом, а войну закончил в Восточной Пруссии, где в окружении находилась огромная эсэсовская группировка. Легких боев не бывает. Но самые тяжелые бои, по моему ощущению, были на Курской дуге.

В 1946 году кавалер ордена Красного Знамени и двух орденов Отечественной войны 1-й и 2-й степени старший лейтенант Алексей Уханов вернулся в Москву. Длительное время служил старшим оперуполномоченным в центральном аппарате МВД СССР, а затем руководил крупным подразделением в Магадане. Сам Алексей Владимирович часто задает себе один и тот же вопрос: как мог уцелеть в том огне командир стрелкового взвода, если личный состав полка из-за потерь менялся несколько раз? Спрашивает. И не находит ответа. И спросить не у кого.

Виктор ЛЫКОВ

 

Другие материалы раздела
Почем слава?
Сотрудниками Управления внутренних дел по Ярославской области пресечена деятельность торговцев государственными наградами.
Ярлык абсурда
Некоторые средства массовой информации в погоне за “сенсациями” продолжают очернять органы внутренних дел. Вот один из перлов центральной газеты...
“Почем куры в Кабарде?”
...Командир разведбата 46-й бригады исподлобья смотрит на лейтенанта-радиоэлектронщика. “Золотая молодежь” 2004-го! Невооруженным глазом видно, с “гражданки” “приехало тело”...
Когда зажигают чемпионы
В деревне Садки, что в Истринском районе Московской области, состоялись всероссийские соревнования “Динамовская лыжня - 2007”.
Золотые “тельцы”
Уникальную схему мошенничества с золотыми слитками, в которой оказались замешаны сотрудники двух ведущих российских банков - Банк “Новая Москва” (НОМОС-Банк) и “Российский капитал”, - раскрыли сотрудники УФСБ по Москве и Московской области.
Новости 24
Интересное в сети
© 2006-2013 Информационное издание Симеч. Все права защищены.
При использовании материалов ссылка на www.simech.ru обязательна.
E-mail:contact@simech.ru
Размещение рекламы: reklama@simech.ru
Часть материалов может содержать информацию,
не предназначенную для пользователей младше 18 лет.

Архив номеров газеты "Щит и меч" | www.simech.ru